Впервые я пришёл на стадион году в 1972-73, мне было тогда 7-8 лет. Помню, как отец выводил нас на футбол всей семьёй, с мамой и сестрой. День игры был для нас праздником и с самого утра посвящался исключительно футболу. Приходили намеренно за пару часов до матча, чтобы понаблюдать, как собирается весь стадион, как разминается команда, чтобы познакомиться с соседями по сектору и проникнуться атмосферой предстоящей игры, почувствовать себя частицей происходящего. В основном ходили на 32 сектор. Отец любил садиться там, откуда выходили футболисты, старался высунуться подальше, подбодрить команду громким выкриком.
Начиная с 1977 года родители уже отпускали меня одного, с условием обязательного возвращения домой после матча, а в 1980, в 16 лет, я уже обрёл полную свободу в этом плане.

Мой отец приводил меня на стадион не очень часто, и он не был поклонником какого-то конкретного сектора. Помню только, что однажды, году в 1980, попав на 33 сектор, отец сказал, что больше мы туда не пойдём никогда: «Одни матершинники, мешают смотреть футбол, кричат, размахивают руками!». А мне запомнилось! (смеётся).
Самостоятельно на футбол я попал году в 1982, со старшими друзьями. А когда подрос, начиная с 1985 года, стал сам целенаправленно приходить на 33 сектор.

5 июня 1981 года, ЦСКА. Первый выезд, сразу на собаках, потому что был уже научен товарищами, что за билет платить не надо. Очень понравилось, зацепило. С тех пор все разговоры были только об этом. Мама, конечно, без особого энтузиазма отнеслась к моему новому увлечению, но так как учился я вполне хорошо и поведением отличался примерным, то родители отпускали меня на выезда без каких-либо проблем.

9 марта 1986 года, со свиньями. Дома меня, естественно, никто не отпускал, денег никто на это не давал, и вот с одноклассником, фаном Веденеевым, под предлогом отъезда к друзьям на дачу, отправились на выезд в первый раз. Поехали поездом, проезд стоил 8 рублей в обе стороны по ученическому билету. Собаками стали ездить уже позже. Матч проводился на стадионе ПФК ЦСКА, который вмещал всего около 4 тысяч зрителей. Билеты продавались только в день матча, заранее их купить было нереально. Помню, в течение трёх часов стоял в очереди, мордой вжатый в стенку, потому что пошевелиться было невозможно. Какому-то мальчику рядом, ещё младше меня, руку сломали, пока передавали билеты через голову. Но это меня не напугало, футбол меня очень привлекал.

Меня короновал Беломор, уже даже не помню за что! Это случилось на вокзале в городе Вильнюсе, сидели в каком-то кафе и решили, что хватит уже друг друга называть по именам. Ну и прозвали меня Сапогом – не просто так, что-то точно было, но что – не помню! Помню только слова Беломора: «Обижаться-то не будешь?» – «Нет, – говорю, – не буду!»

А моя история связана непосредственно с футболом. Когда по молодости надо было получить кликуху, один из старших товарищей припомнил, что я когда-то принимал участие в первенстве города, играл левого полузащитника. Так и стал Левшой.

– Что касается меня – ни разу вообще. Когда я пришёл на сектор, такого не было. Думаю, что это началось году в 1982, или даже позже.

– Согласен, когда это делалось по трезвости и с аргументами, то это считалось вполне нормальным. А когда наваливались по десять человек на кого-то пьяного и обирали его до нитки, не соображающего абсолютно, то это, конечно, было некрасиво!

– Я лично не участвовал, но присутствовал в коллективе, который этим занимался. Отнимать конкретно у меня ничего не отнимали, но в рожу давали, не отрицаю! Правда, мне потом это в армии очень пригодилось – когда я туда попал, я уже знал, что такое дедовщина.
А касаемо вопроса, как к этому относиться, – сложно сказать, хорошо это или плохо. Это можно назвать проверкой на прочность. Если ты не напугался, пришёл во второй раз, то уже понятно, что ты человек надёжный, в случае чего не убежишь, а если не пришёл – значит, и не нужен ты тут.

– Бывали и другие ситуации. Например, когда в Баку уезжали (это был мой 8 или 9 выезд), пришёл на вокзал человек по кличке Фильтр (ныне его с нами уже нет) и стал клянчить со всех денег, обещая, что купит балды в поезд. Деньги-то мы отдали, вот только в Баку он с нами не поехал, обманул! Вроде как и обули, но денег никто не отнимал – сам отдал! Развели! (смеётся).

– С хохлами (Динамо), со свиньями.


– Но днепрян приезжало всего человек пять!

– Я вот помню, что с днепрянами дружили.

– Но дома-то их было побольше!

Самый массовый выезд начала восьмидесятых – это Вильнюс-83. Наших приехало более 350 человек – на тот момент так много, что казалось, будто полгорода отправились за командой. Варшавский вокзал был забит под завязку! Этот матч был для них последней домашкой сезона, и мы туда ехали, соответственно, последними, уже набравшись слухов от остального фанатья про замесы, про националистов. Для нас это был самый ожидаемый выезд, наверно, поэтому и приехало так много народу.

Наших на тот момент выезжало порядка 40-60 человек. На моей памяти больше всего наших приехало в Киев в 1988, около 80 человек. А там ещё и «Алиса» выступали как раз почти в это же время, ещё и алисоманов человек 30 нас поддержали.

Была основа, человек 30, остальные к основе либо цеплялись, либо уже были отдельно. Кто из основы ездил, те, естественно, все друг друга знали и держались вместе.

– Чтобы вот так скучать и вспоминать: «Эх, а как тогда было!» – такого нет.

– Раньше ведь не было даже отдельного сектора. Собирались, договаривались, куда будем все вместе брать билеты, куда будем садиться. Иногда на переполненном стадионе (как, например, в Донецке в начале чемпионата) ты садишься на трибуне, окружённый кольцом местных болельщиков, и тебя начинают закидывать всем, что под руку попадётся: колбасой, булками, деньгами. А когда нас человек 30 шестнадцатилетних ребят в окружении местных, то это ведь непрерывный конфликт на протяжении всего матча! А потом ещё и в милицию забирают, потому что милиция всегда на стороне принимающих!

– И раньше это была вполне себе стандартная ситуация. Бывали такие выезда, на которых мы были только вдвоём. А Левша однажды вообще один ездил. В Ереване и в Баку нас было всего двое. Только начинаешь шизовать, только флаг поднимаешь – всё, тебя уже нет! Тебя унесли! Ты появляешься в другом месте, пока менты не окружат.

– Раньше жизнь была совершенно другая.

– Вспоминается Баку 1987 года. Тогда впервые в Союзе разыгрывали в лотерею автомобиль по билетам на стадион. Естественно, все билеты на матч были распроданы, и, когда мы пришли в кассы, нам ничего не досталось. А стадион вмещает 35000 человек! Нам выписали разовые пропуска и посадили в ложу, хотя «ложа» – это, конечно, громко сказано! Ещё даже футбол не начался, только команды вышли на поле, и мы начали шизовать – всё, футбол на этом для нас закончился! Нас стали закидывать камнями и вообще чем попало, и через три минуты мы, все повязанные и упакованные, были вывезены со стадиона.

– Тоски по тем временам точно нет, но было занятно!

Прибалтика уже тогда была для нас заграницей. Мне на тот момент было лет 15-16, и восприятие было совершенно другим. Именно там в первый раз я услышал националистическую тему, антирусскую.

А отношения с Кавказом – они и раньше были такими же. В Ереване в нас камнями кидались, причём основательно. За пару минут до окончания матча нас вывели всех (человек 15) со стадиона, и матч мы уже досматривали через щель в ограде, а потом сразу в автобус и домой. Иначе вряд ли бы всё хорошо для нас закончилось!

– Знаменитая драка с ЦСКА на вокзале в 1983, перемах минуты три. Вот тогда действительно фанат выходил против фаната. Вообще на выездах всё больше с гопниками, каких-то серьёзных встреч не было.

– Коней искали в районе Кирова, можно было даже в парке, парк большой, да и на стадионе тоже.

Я вот в Баку только, с народом на трибуне. Чтобы кого-то конкретно в Питере искать – такого не было.

Грустно было, но забить точно не хотелось.

На домашки мы ходили всегда – и завязывать не собирались. Бывали такие годы, когда случалось всего 3-4 выезда. Особенно тяжело было, когда играли в первой лиге, в основном ездили только Волки, мы вдвоём, Сабонис и, практически, больше никого.

Честно, заебало. Тяга к путешествиям присутствует, само собой. Но по двадцатому разу приезжать в один и тот же город, конечно, надоедает, потому что уже даже посмотреть нечего – всё видели. Хочется приехать за час до футбола и уехать сразу после финального свистка.

Я ещё ездил на Евро-96 в Англию. У нас в Питере с выездами за границу было вообще очень туго, а москвичи уже вовсю пробивали Европу, гоняли туда постоянно. И вот одна московская фирма организовала тур на месяц на корабле из Калининграда в Ливерпуль и обратно. Ну и я поехал с ними. Корабль был на 350 человек, а визу выдали всего лишь пятидесяти. Получился некий корабль-призрак – кабаки работают, бассейны работают, народа нет нифига! Англия меня, конечно, поразила! Атмосфера сумасшедшая! Русских было много, в основном, правда, богатые москвичи, но и фанатья было достаточно!

Вместе с «Зенитом» это был выезд в Болонью в 1999. Тогда только появилась возможность беспрепятственно перемещаться по Европе. Был готов продать последние трусы, но поехать! Благо, к этому прибегать не пришлось. (смеётся).

Ну а раньше, в те годы, особо не удавалось проследить за стилем боления за границей, честно говоря. Мне сейчас вспомнилась Голландия, когда болельщики сборной совершали проход. На тот момент мне показалось, что их было в общей сложности тысяч сто (хотя на самом деле гораздо меньше, конечно): представьте себе, вся улица – это огромная оранжевая толпа разного возраста, от пяти лет до девяноста, в деревянных башмаках, и все этими башмаками стучат! Вот это шоу! Очень впечатлило, что все без исключения были в атрибутике.

Лично для себя на данный момент я бы выделил итальянский стиль боления, нежели английский – флаги, растяжки, вся эта красочность мне очень нравятся!

Я иногда ещё ношу! Но мне всё-таки больше нравится, когда все одеты в игровые футболки. Пусаки делали на заказ в ателье, мой первый стоил 2р.40коп. Розы поначалу вязали мамы, потом тоже стали в ателье заказывать.

– А я и сейчас иногда ношу, правда, это не тот старый, который у меня был раньше.


– А мне сейчас вспомнился один случай. По пути из Еревана в Майкоп в 1997 году (пробивал тройник Баку–Ереван–Майкоп) взял у человека, который уже домой уезжал, пусак погонять, а потом так и не вернул, хотя он приставал ко мне неоднократно и требовал его назад. Вроде и не обувал, он же сам отдал, правда?! (смеётся)

Нравится! Особенно когда на фотки потом посмотришь и балдеешь! Как, оказывается, было красиво!
Очень мне понравился перфоманс, когда с Горшковым все открыли газеты. Очень трогательно, а главное спонтанно – газеты всем раздали.

– Очень впечатляют перфомансы – это что-то невероятное. Вот так стоишь на трибуне, вроде участвуешь в перфе, а всей красоты не видишь. Видно, когда уже смотришь фотографии или видео – со стороны очень красиво!

Любовь детства – Казачёнок!

Сейчас, лично мне, очень симпатичен Кришито, чисто по игре и отношению к своему делу.

Могу сказать, что в каждом поколении игроков есть кто-то любимый, такого, чтобы кто-то один и навсегда – такого же не бывает. Моё мнение такое: люди приходят и уходят, а «Зенит» остаётся. В первую очередь люблю «Зенит», а не игроков.

– Конечно, раньше с ними проще было общаться, когда в первой лиге играли. Могли запросто пустить к себе в гостиницу переночевать.
Брали и в автобус с командой, ехали в проходе и на ступеньках. И в самолёт с собой брали.

– А бывали, помню, даже вылазки на футболистов за плохие игры! После поражения Динамо в 1988 мы заявились к ним в гостиницу и стали ждать у дверей, пока они закончат ужинать в ресторане. Что конкретно собирались с ними сделать, не знали, но выразить недовольство очень хотелось! К нам вышел администратор, здоровый такой дядька, с вопросом «Чё надо?», после чего стразу же получил гитарой в живот! (смеётся). А команда вышла через какой-то другой вход, мы их так и не дождались.

– Могли даже и подкормить фанатьё. Кулик с Дорофеевым то ли в Йошкар-Оле, то ли в Казани, разрешили переночевать в своём номере, нас было человек восемь.

– С самолётом вообще однажды забавно вышло. Помимо команды и нас, фанатов, летели ещё какие-то непонятные люди из приближения, скажем так. Только они совершенно не рубили, кто футболист, а кто нет. Было такое место в хвосте самолёта, где мы собирались покурить, и некоторые члены команды, кстати, тоже туда заглядывали. Так вот, приходят эти так называемые «спонсоры» с предложением: «Может, вам коньячка?» –«Конечно, коньячка!» – отвечаем. Приносят нам бутылку «Hennessy», коробку шоколадных конфет здоровенную. «А как же вы, – говорят, – играть-то будете? Не помешает?» – «Нет, нам точно не помешает! Конечно, всё будет хорошо!» (смеётся).

Я согласен с Левшой, считаю это правильным.

Я не очень хорошо к этому отношусь. Считаю, что регионам надо продавать билеты в один сектор (как, например, в Перми было), а нам –в другой. По мне лучше так.

Идея хорошая, но всё-таки это больше для статистики.

Если раньше, уезжая в Москву в количестве сотни человек, ты каждого знал, по крайней мере, в лицо, то сейчас может оказаться так, что человек уже 50 выездов пробил, а ты и не видел его ни разу!

Иногда среди девушек попадаются такие девушки, которые, ну уж знаете – совсем не девушки! (смеётся). Так что каждый случай индивидуальный.

В целом позиция правильная, но, опять-таки, в каждом правиле бывают исключения. Идею проведения собеседования на Вираж считаю верной. Правда, каждого не проверишь и не запомнишь, но, по крайней мере, абсолютно левые люди отсеиваются.

До 1996 ездил ещё на домашки сборной в Москву, после Евро-96 перестал. Причина – делёж денег в Англии и наплевательское отношение ко всему, в том числе и к болельщикам. Я, конечно, желаю им побед и процветания, но ездить особого желания нет.

Я никогда не ездил, смотрю только по телевизору. Как-то не приучили меня с детства болеть за сборную.

Скажу так: объять необъятное невозможно. «Зенит», сборная, жёны, дети, работа – как всё успеть?!

Помню, как заехали на "Ротор", когда они в первой лиге играли, так там вообще нас приняли по-царски: «Фанаты с Вышки заехали, ваще!!!». Мы подозвали старшего, объяснили, что мы Зенит, тут проездом. Ребята мгновенно подсуетились, увезли нас после матча, накормили, напоили, всё было очень здорово!

Специально – конечно, нет! Но я могу насчитать порядка двадцати случаев, когда я присутствовал на матчах других команд. Почему я должен просто так гулять, например, по Москве, когда можно сходить и посмотреть футбол на стадионе?! И в атрибутике ходили в нашей! И в те годы это воспринималось нормально!

Я, служа в армии в Луганске, ходил на их местную "Зарю", приходил в военной форме, рассказывал фанатам всякий бред. Они внимательно слушали, что-то внимали. (смеётся). Когда приезжаю к дочке в Орехово-Зуево, и, если в этот день случается футбол, я всегда хожу посмотреть.

Я-то сам не очень хочу, чтобы мой сын был активным фанатом, но вот он, похоже, считает по-другому: постоянно выпрашивает у меня фанатские стикеры, просит зажечь фаер на трибуне! Его даже в школе однажды повязали за хулиганство! (смеётся). Раздал стикеры одноклассникам, а те наклеили их на стул учительнице, на доску. А он ведь только ещё первоклассником был! На футбол пускай ходит, но пусть не гоняет по-сумасшедшему!

Со мной всё понятно, у меня дочь, дочке совсем не обязательно!

Принимал участие неоднократно. И за Дедушек гонял, правда, не в тот год, когда Левша стал чемпионом, похвастать не могу!

Позор на вашу седую голову! Кто победитель первого Чемпионата Фанатов Зенита? Юго-Запад – правильно! А капитан этой команды – я! (В этот момент наш корреспондент покраснел и засмущался.)
Однажды чемпион с Юго-Западом, во втором чемпионате – серебряный призёр, бронза в четвёртом, чемпион в составе Дедушек.

Слежу у Бугаева на сайте за статистикой. Очень приятно, что турнир, в котором мы начинали тогда на каких-то абсолютно не пригодных для футбола площадках, иногда даже и просто на улице, бывало, что и в -25°С, разросся сейчас до такой степени.

Не слежу только по одной причине – потому что не играю. Мне бы и хотелось, но, к сожалению, возраст и моё больное колено не позволяют. Понимаю, что в мои сорок с небольшим я уже вряд ли обойду по скорости и мастерству семнадцатилетнего юнца.

Любите Зенит!

Как я уже говорил, игроки приходят и уходят, а Зенит остаётся навсегда!